"В 1860—1890-х гг. в русской драматургии со­существовали два образа еврея — отрицательно изображенного чужака (создаваемый драматургами русского происхождения) и по­ложительно изображенного благородного человека (создаваемый преимущественно драматургами еврейского происхождения). Первый был представлен на сцене (в основном как периферийный персонаж),
второй существовал почти исключительно в литературе, но зато тут был в центре повествования.

Однако к концу XIX в. произошли заметные перемены.
Изменения в трактовке образа еврея были связаны и с тем, что наряду с евреем-фактором и евреем-финансистом в культуре все более важную роль стали играть образы еврея — деятеля литературы и искусства и еврея-революционера. Теперь отношение к еврею усложняется — его и боятся, и уважают.

Если на ранних этапах основной проблемой для еврейских авторов было неполноправное положение еврея в русском обществе (черта
оседлости, угнетение, бедность), то в начале XX в. на первый план выходит другая — разрыв с традицией, конфликт отцов и детей, расслоение еврейства (имущественное, социальное, идейное). Теперь для драматургов важен не столько конфликт евреев с окружением, сколько конфликт внутренний — потеря еврейской идентичности".

Абрам Рейтблат "Образ еврея-современника в русской драматургии второй полови­ны XIX — начала XX века".

Составленный А.И. Рейтблатом "Русские пьесы с еврейскими персонажами (биб­лиографический список: 1870—1917 гг.)" содержит 239 названий.